Юстина Владимировна Крузенштерн-Петерец (псевдоним Merry Devil) была блестящим журналистом, едким на меткое слово, соответствуя своему псевдониму. Предком по отцу журналистки был старший брат знаменитого мореплавателя, руководителя первой русской кругосветной экспедиции адмирала И.Ф. Крузенштерна. Отец Юстины, Владимир Павлович, кадровый офицер погиб на фронте Первой мировой войны, когда девочке было 13 лет. Позднее с волной беженцев Юстина вместе с матерью и братом оказалась в Харбине. Первое время она сотрудничала с харбинской газетой «Гун-Бао» и журналом «Рубеж». 

    В конце 1930 г. Юстина Крузенштерн переехала в Шанхай, где она стала фельетонистом и политическим репортером газеты «Шанхайская заря». В этой газете она поработала три года. Владея английским языком, Юстина одновременно работала в крупнейшей местной английской газете «North China Daily News».  Кроме английского она свободно разговаривала на французском языке, занималась переводами книг: М. Декобра, Ж. Кессель, В. Маргерит, А. Моруа, Л. Селин, Д. Сельдс, И. Стиль и др.

    Юстина Владимировна содержала хронически больную мать и брата. Она вышла замуж за талантливого журналиста и поэта Николая Петерец. В годы Второй мировой войны оба были в числе «оборонцев» и выступали в поддержку Советской России, отражавшей вооруженную агрессию нацистской Германии. Вместе с тем Юстина Владимировна оставалась убежденной противницей коммунистического режима. 

    На разгул ждановщины Крузенштерн-Петерец  выпустила журнал «Антигона» («отражающий свободную мысль русских на Дальнем Востоке» и содержавший статьи о жизни интеллигенции в СССР». № 1 – нояб. 1948, 2 – 25 нояб. 1948). Там же опубликовала свои произведения: Стихи: Душа-звенья // Антигона. 1948. № 2 (25 нояб.). С. 8 – 13; 

    После долгих хлопот Юстина Владимировна (к этому времени ее муж скончался) выехала в Бразилию, затем эмигрировала в 1960 г. в США. Она проработала десять лет в Русском отделе правительственной радиостанции «Голос Америки». Свои воспоминания журналистка публиковала в «Новом русском слове» и других  изданиях.  

    Выйдя на пенсию, Юстина Владимировна переехала в Сан-Франциско, где работала с 19 июля 1982 г. стала работать редактором газеты «Русская жизнь»)

«Неугомонный мотор и абсолютно непримиримый враг всякой фальсификации»

    Юстина Владимировна Крузенштерн-Петерец скончалась 8 июня 1983 г. в Сан-Матео (Калифорния). В некрологе К. Псакян писала: 

    «О покойной Юстине Владимировне Крузенштерн-Петерец как журналистке и поэтессе, по всей вероятности, будут писать авторитетные публицисты и поэты, воздавая ей должное. Но одно её бесценное качество, очень малоизвестное — благодетельницы и благотворительницы, — может быть воспето на струнах простого, обыкновенного человеческого сердца. Мало кто знал её неусыпную, материнскую заботу о сиротах и обездоленных, о больных и нуждающихся, особенно динамично проявившуюся в годы ее пребывания и работы в г. Вашингтоне. Не иначе как актом милосердия следовало бы назвать эту ее неустанную тревогу, озабоченность о ком-то, где-то, будь то впавшие в острую нужду поэты, журнал «Возрождение» (оказавшийся на грани закрытия) или неотложный, срочный ремонт в приюте в Чили. Вот уж поистине: «Где горе слышится и тяжко дышится»… Она всегда первая была там. Юстина Владимировна умело выбирала в каждом отдельном случае нужных людей для проведения того или иного благотворительного мероприятия. И в исключительно тонком, деликатном тоне создавались незабываемые, художественные литературно-музыкальные вечера, и в изумительном сочетании приятного с полезным русские вашингтонцы получали истинное эстетическое удовольствие и жертвовали безотказно и щедро. Восхищенные и благодарные посетители этих вечеров каждый раз благодарили устроителей-хозяек, талантливых участников программы, всегда стильно продуманных в соответствии с назначением данного вечера, а настоящий виновник всего этого, истинный вдохновитель — Юстина Владимировна — оставалась в тени, счастливая и довольная тем, что так успешно завершилось еще одно начинание и кому-то будет оказана помощь. Так без рекламы, аплодисментов и громких слов благодарности творила Юстина Владимировна, всем нам известный неугомонный мотор и абсолютно непримиримый враг всякой фальсификации, — великое дело милосердия и помощи всем, кому эта помощь была нужна».