В этом году Соединённые Штаты Америки празднуют 250-летие подписания Декларации независимости от Англии и начала становления новой республики. В столице, Вашингтоне, в этот день праздничные мероприятия проходили особенно торжественно. Традиционно звучал финал увертюры «1812 год» П. И. Чайковского под мощные выстрелы пушек и залпы самого крупного фейерверка, когда-либо устроенного для празднования 4 июля.

Особое место занимали мероприятия в честь «отца нации» Джорджа Вашингтона, который фигурировал везде на 250-летнем юбилее не только как историческая фигура, но и как символический стержень всего «четвертьтысячелетнего» юбилея. О нём говорилось как об олицетворении идеалов Декларации независимости, его руководства в американской революционной войне и основ республики. Его превозносили как полководца, который подкрепил Декларацию военной победой, и как государственного деятеля, который сформировал новую нацию. В его честь проводилась масса юбилейных мероприятий, включая исторические реконструкции, множество выставок, экскурсии, парады, лекции, конференции, программы для детей, военные церемонии и многое другое. Подчёркивалась его роль в качестве верховного главнокомандующего Континентальной армией, его храбрость, добродетель и принципиальность. Особенно ярко они проявились, когда он отказался стать «королём Соединённых Штатов» под конец войны в 1783 году и когда в 1797 году отказался от третьего президентского срока, несмотря на всенародную любовь.

Джордж Вашингтон был действительно благородным человеком и глубоко верующим христианином, а также прямым потомком Владимира Мономаха. Иногда кажется, что до того, как Пётр Великий «прорубил окно в Европу», Россия была обособлена от Европы, хотя сама была и по сути, и по географии европейской страной. Фактически со времён Древней Руси Европейские правители постоянно заключали с ней династические браки. Дочери Ярослава Мудрого, внучки св. Владимира, были замужем за правителями европейских государств: старшая, Анастасия, стала королевой Венгрии, средняя, Елизавета, — королевой Норвегии, а младшая, Анна, — королевой Франции. Любимый сын Ярослава Мудрого Всеволод был женат на дочери византийского императора из династии Мономахов, которая стала матерью знаменитого Владимира Мономаха.

После гибели Гарольда, последнего англосаксонского короля Англии, в 1066 году в битве при Гастингсе, его дочь Гида с братьями была вынуждена бежать. После того как они оказались при дворе датского короля Свена Эстридсена, двоюродного брата Гарольда, женатого на Елизавете Ярославне, Свен устроил брак Гиды с Владимиром Мономахом. Их внучка, дочь Мстислава Великого Ефросиния, стала женой венгерского короля Гезы II и через ряд западноевропейских династических браков стала прародительницей Эдуарда III, короля Англии XIV века, и всех последующих английских и британских монархов. А Эдуард III — двенадцатый прапрадед Джорджа Вашингтона.

В Западной Европе вскоре после падения Римской империи развилась и по сей день существует традиция примогенитуры (права первородства), по правилам которого только старший сын наследует всю родовую землю и имущество, а также потомственное дворянство и титулы. В славянских странах такой традиции не было, и в России во все исторические эпохи сохранялись свобода раздела наследства и потомственное дворянство для всех детей. Таким образом, в Западной Европе младшим сыновьям — людям с высшим образованием, воспитанием и соответствующими амбициями — приходилось искать профессию на родине или «искать счастья» в других странах, развивая колониализм.

Таким образом, потомок западноевропейских королей и русского великого князя Джордж Вашингтон оказался предводителем 13 английских колоний в Северной Америке и «отцом нации» — США. Ему правительство и народ России искренне симпатизировали и были его единственным другом.

Англия была главным врагом. Франция под видом «союзника» фактически старалась обеспечить собственные интересы в борьбе с Англией: отомстить за потерю территорий в Северной Америке в 1763 году, за унизительный Парижский мир, всячески ослабить Англию через «прокси» в лице воюющих с ней колонистов и восстановить своё величие в Европе. Испания с опаской наблюдала за своими территориями в Новом Свете, а Австрии и Пруссии этот конфликт был безразличен.

В то же время Россия оказывала существенную помощь. Английский король Георг решил, что 20 тысяч русских казаков хватит для полного усмирения колонистов, и предлагал России передать за это стратегический остров Минорку, захваченный у французов в Средиземном море. Но Екатерина Великая отказала королю и, наоборот, создала Лигу вооружённого нейтралитета в защиту кораблей Вашингтона. Первый «русский американец», купец Фёдор Каржавин, окончивший Сорбонну, где изучал фармакологию, языки, естественную историю, философию и медицину, на волне царивших в России симпатий добровольцем поехал помогать колонистам. Он участвовал в оснащении американских судов из собственных средств и исполнял секретные поручения Вашингтона. Он встречался с будущими американскими президентами Томасом Джефферсоном и Джеймсом Мэдисоном, был взят в плен англичанами, но спасся, укрывшись у индейского племени.

Джордж Вашингтон с благодарностью отзывался о России. Он отмечал, что был рад услышать о высокомерном, унизившем Англию отказе Екатерины Великой королю Георгу послать войска — шаге, сделанном благодаря «щедрому отношению России к правам человечества». Это стало самым сильным выражением одобрения, когда-либо высказанным им в адрес иностранного государства.

Россия, будучи дружественной державой, давшей молодой республике возможность свободно вздохнуть и развиться, задала тон русско-американским отношениям, которые следующие президенты — Джефферсон и Мэдисон — старались сохранить. Этого же курса придерживался и первый американский посланник в России Джон Куинси Адамс, впоследствии ставший президентом США. Джефферсон писал о России, что она — «самая любезная, дружественная к нам страна из всех держав на свете, страна, которая пойдёт дальше всех для нас». Ранняя русско-американская дружба переросла к середине XIX века в «особые отношения» с общими стратегическими интересами, взаимным доверием и случаями взаимной помощи. 

Во время Крымской войны 1853–1856 годов Америка была единственным другом России. Несмотря на официальный нейтралитет США, американские газеты описывали героизм русских солдат, отстаивавших права нейтральных наций, осуждая англичан, французов и других врагов России как империалистов и лицемеров. Среди лозунгов были такие: «Мы готовы вступить в русскую армию против англичан!», «Стрелки Кентукки с радостью будут служить русскому царю!» Россия с благодарностью отказалась от помощи стрелков из Кентукки, но приняла врачей-добровольцев для военных госпиталей. Уильям Марси, госсекретарь при президенте Франклине Пирсе, помогал России с разведданными, передавая их российскому послу в Вашингтоне, и предупреждал о планах противника. Английские корабли не пускали в американские порты, тогда как российские суда там охотно принимали и ремонтировали. Российским кораблям также давалось право ходить под американскими флагами, что особенно помогло, когда английский и французский флоты напали на Петропавловск-Камчатский.

В годы Гражданской войны в США Россия отправила свои эскадры в Нью-Йорк и Сан-Франциско ради спасения Союза. «Harper’s Weekly» от 17 октября 1863 года описывал парад на Бродвее в Нью-Йорке: «Эта церемония должна была иметь и возымела политическое значение… каждый из граждан считал долгом выразить свою признательность России за её дружескую помощь в нашей борьбе, тогда как западные державы немало потрудились для нашей гибели». 

В 1893 году в The New York Times описывались планы создания в Нью-Йорке российской военно-морской базы. В Вашингтоне 24 сентября 2013 года историк Вебстер Г. Тарпли отметил 150-летие российской помощи: «Россия была единственной страной, оказавшей прямую военную поддержку правительству Линкольна, и именно присутствие этих эскадр стало окончательным сдерживающим фактором». Генерал Кэссиус М. Клей вспоминал, что русские корабли прибыли «с приказом активно вмешаться на стороне Соединённых Штатов в тот момент, когда Франция или Англия выступили бы против нас в пользу Юга» (The New York Times, 15 февраля 1904 года). Русский доброволец генерал Джон Б. Турчин (Иван В. Турчанинов) Фото 04 был героем Гражданской войны в США и другом президента Линкольна. Во время пребывания эскадры в Сан-Франциско шесть русских моряков погибли, помогая спасать жителей города во время Великого пожара 1863 года.

Россия продала все свои территории на Аляске и в Калифорнии Соединённым Штатам. Александр I отказался от предложения гавайского короля Каумуалии о включении его островов в состав Российской империи и вместо этого направил взоры короля в сторону Соединённых Штатов. При продаже Русской Аляски США в 1867 году в своей пламенной речи в Конгрессе в поддержку сделки сенатор Чарльз Самнер, напомнив о давних добрососедских отношениях двух стран, отметил, что это приобретение будет ещё одним выражением и продлением 150-летней русско-американской дружбы, которая является «феноменом истории».

Однако во время Первой мировой войны, в которой Россия и США были союзниками, большевистский переворот 1917 года, спонсированный Германией через своего агента Ленина, и сепаратный Брест-Литовский мир с общим врагом — Германией — в 1918 году, как раз когда США направили свои войска на фронт, положили конец 150-летней русско-американской дружбе. Не совсем понимая, что произошло, американцы решили, что их «лучший друг», с которым у них были «особые отношения», вдруг нанёс им удар в спину. Возмущение вылилось на страницы газет, за чем последовали вандализм и погромы русских заведений, магазинов, ресторанов и т. д., особенно в некоторых районах Нью-Йорка.

Отношение к русским начало меняться в начале 1920-х годов, когда после Гражданской войны в России первая волна русской эмиграции приехала в Америку. В вашингтонских газетах писали о прибытии «русского эскадрона» офицеров Белой армии, которые стали частью 244-го полка Национальной гвардии Вашингтона и поднимали русский флаг при пении «Боже, Царя храни!». Это были члены Императорской гвардии, Императорского флота, корниловцы, марковцы, дроздовцы. На Лонг-Айленде, в Си-Клиффе, где до сих пор существует русская колония, в это же время появились русские белые офицеры и солдаты, включая казаков, с семьями. Они устроили штаб-квартиру с русским флагом на мачте, лозунгом «Взвейтесь, соколы, орлами!» и продолжали военные занятия. Тогда ещё была жива мечта вернуться и вместе с генералом Врангелем освободить Россию…

В Америке было немало своих коммунистов, но сведения о том кошмаре, который большевики устроили в России, сильно пошатнули их позиции. После окончания Второй мировой войны, в которой США и СССР были временными союзниками, наступила холодная война. Был создан альянс НАТО и учреждён Комитет порабощённых наций с участием украинских националистов Льва Добрянского и Катерины Чумаченко (впоследствии — жены президента Ющенко), где русский народ был назван «всеобщим поработителем». Англия, прежде общий враг русских и американцев, стала вместо России страной «особых отношений», а Россия — общим врагом. Был забыт прощальный завет «отца нации» Вашингтона: «не вступать в постоянные союзы с какой-либо частью иностранного мира и не допускать иностранного влияния в свою политику». Всех русских, включая потомков белогвардейцев, начали называть «красными»; в школах происходили драки с русскими детьми, уже родившимися в США. В том же Си-Клиффе директору школы пришлось устроить особую «ассамблею» учеников и родителей, чтобы объяснить ситуацию. Русские организации и известные личности — такие как князь Сергей Белосельский, Игорь Сикорский и Александра Толстая — боролись с русофобией. Устраивались конференции, выставки, «дни непримиримости» с концертами. 

В 1976 году я участвовала в большом концерте, устроенном Конгрессом русских американцев в Нью-Йорке в честь двухсотлетия США. Зал Alice Tully Hall в Lincoln Center был заполнен. Играл симфонический оркестр под управлением Игоря Букетова, друга Рахманинова; выступали знаменитый русско-шведский оперный певец Николай Гедда, фото 06 известный американский оперный певец Джером Хайнс, Синодальный хор Русской православной церкви заграницей, в котором я пела, детский хор из русских молодёжных организаций и балерина Калерия Федичева. Когда в финале оркестр исполнил увертюру «1812 год» Чайковского в аранжировке Игоря Букетова, где хоры поют произведения, звучащие в увертюре (включая молитву «Спаси, Господи, люди Твоя»), и когда мы запели «Боже, Царя храни!», весь зал встал, и трудно было сдерживать слёзы…

В этом году на 250-летнем юбилее, как всегда на празднике 4 июля, я, моя семья и многие русские американцы ждали, когда заиграет увертюра «1812 год» Чайковского в аранжировке Игоря Букетова, где американский хор поёт по-русски и молитву, и гимн «Боже, Царя храни!» под канонаду и фейерверки. Но на этот раз концерт устроили на день раньше, и, когда я смотрела официальное видео, казалось, что из-за плохой съёмки хор поёт что-то непонятное. Найдя вариант получше, снятый кем-то из публики на газоне, я вновь отчётливо услышала русские слова! Оказывается, для усиления звучания в прямую трансляцию «подмешивают» ранее записанное исполнение, и оно иногда оказывается громче «живого». При этом русскоязычный вариант в выступлении заменили английским, убрав «Боже, Царя храни!» как проявление русского «империализма и доминирования» и заменив гимн нейтральной молитвой после 2022 года.

То, что русский оригинал оказался самым лучшим и «переиграл» замену, показалось мне глубоко символичным…